Дюнкерк

Ооо, какой прекрасный, прекрасный, прекрасный фильм «Дюнкерк»!
Очень красивый, страшный и честный фильм про людей и человеческую историю, британский до мозга костей.
И это так потрясающе сделано, что вот как с первого момента ахаешь, так и до самого финала не попускает:))


Во-первых, сразу видно, что Нолан учил матчасть. Причем хорошо, причем много матчасти. У него очень здорово передана та самая интонация, которую я хорошо помню по мемуарам типа далевских, очень хорошо видно, что профессиональные военные именно профессиональные (и еще у него очень хорошо показано, зачем в армии офицеры — не то, чтоб Нолан специально на этом акцентировал внимание, но у него в фильме хорошо видно, какая эта аццкая работа — все это организовывать. Причем если не организовывать, то немедленно начинается паника и линчевание, а если организовывать, то все равно спасти всех не удастся и кто-нибудь обязательно тебя потом в спину проклянет).
Во-вторых, _насколько_ хорошо Нолан учил матчасть, видно еще и потому, что он не стал пытаться впихнуть в фильм все факты. А то реальность, как известно, неправдоподобна. И, скажем, в фильме про мистера Доусона известно, что это пожилой джентльмен, который отправляется в Дюнкерк на своем корабле с сыном и морским кадетом в помощниках, чтобы помочь эвакуировать солдат, застрявших в окружении. А ИРЛ было так, как вот пишет :
«Представьте себе картину — 1940 год, старый джентльмен на личной яхте вытаскивает из воды моряков с горящего корабля. «Сэр, а вы кто? — Спасал женщин и детей с Титаника, в прошлую войну таранил германскую подлодку, а в эту войну мой сын погиб в первом же рейде на Германию».
А как он впихнул на восемнадцатиметровую яхту 130 человек…»

Фильм невероятно атмосферный. Причем, мне очень кажется, что это потому, что Нолан по максимуму отказался от компьютерных спецэффектов — и время у него в кадре не мельтешит. И это очень сильно способствует перенесению в прошлое, когда, как известно, тайминг был другой.
На самом деле, конечно, прямо с самого начала, прямо когда на солдатиков, бредущих по пустым улицам, сыпятся с неба вражеские листовки с доходчивой картинкой и подписью: «Вы здесь! Вы окружены! Сдавайтесь, и мы вас пощадим!», а молоденький солдатик меланхолично ловит несколько штук, сует их за пояс и направляется к ближайшей стенке, недвусмысленно расстегивая штаны, становится ясно, что зрителя ждет ремарковщина в хорошем смысле этого слова. (Сцена отправляется в палату мер и весов с ярлычком «Как за полминуты ввести зрителя в курс происходящего и авторской позиции в историческом фильме, не погрешив против фактов»).
И дальше Нолан очень точно выдерживает заданную планку.
В фильме переплетаются три истории, происходящие на трех уровнях — в течение одной недели на берегу, где солдаты ждут эвакуации, в течение одного дня в море, пока «Мунфлауэр» плывет из Британии во Францию и обратно, и за один час в небе, где пилот КВВС сражается с немецкими самолетами.
Точно так же, как Нолан сводит воедино три истории из разных мест и разных родов войск, он сводит воедино три разных позиции — «земную», солдатиков из пехоты, которые хотят выжить правдами и неправдами, «небесную», героических авиаторов (на авиаторах реальность у Нолана слегка морщит и помаргивает, примерно в тот момент, когда мистер Доусон, успешно переживший с кораблем налет «мессера» выдает что-то «Да, я знал, что мой сын нам поможет…» — «А он кто?» — «Летчик. Погиб во вторую неделю войны…» — но это опять-таки, в пределах допустимой погрешности и совершенно не отступая от духа времени. См., опять же, Даля). И, наконец, третья позиция, промежуточная — это  «морская» позиция, кораблей, которые приплывают спасать тех, кто остался в оккупации. Причем именно ей-то и уделяется больше всего времени и внимания, и именно она и больше всех держит внимание.
За что Нолану стоит апплодировать стоя — так это за то, насколько у него хороши и верибельны характеры. Не остается никаких сомнений, почему именно эти люди поступают так, как поступают — и Нолан, совершенно не идеализируя героев, никого с размаху не клеймит. В этом плане сильнее всего, конечно, линия с выловленным из воды солдатом, выжившим после того, как его корабль потопила подлодка, мистером Доусоном, его сыном Питером и Джимми. (И финальный обмен репликами — «Ну как, парню-то лучше?» — «Да»).
И при этом у него в фильме нет какого-то одного героя. Нолан не пытается давить коленом на патриотическую риторику, и — что больше всего меня трогает — что он очень здорово при этом показывает, что Британия — это не какой-то мифический левиафан, а вот все эти хрупкие, уязвимые люди, которые — без экипировки и оружия — приплывают выручать  других, хрупких, не слишком хороших и уязвимых людей.  И именно поэтому им удалось в итоге вывезти из Дюнкерка 338 000 человек (против планируемых 30 тыс).

В общем, на мой взгляд, это совершенный эталон того, как следует работать с историческим материалом современному автору:)
PS. И какие там бои на «Спитфайрах»! с двигателями «Мерлин» от Роллс-Ройса:))

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s